КАК ПРОТИВ СВОЕГО ИЗНАЧАЛЬНОГО ЖЕЛАНИЯ Я МНОГО РАЗ ЖЕНИЛСЯ, НО,НАКОНЕЦ, ОБРЕЛ СВОЕ СЧАСТЬЕ И СТАЛ СЕКСУАЛЬНЫМ ГИГАНТОМ (Авторская редакцияпоследней части заголовка: ...и как после пятидесяти лет в счастливом бракезаметно возросла моя сексуальная потенция, хотя до этого у меня ужеслучались поводы усумниться в своих мужских возможностях)
Эпиграфы к главе
Идеал мужчины у незамужней девицы: чтобы был опытный и никого до нее незнал.
- Если бы ты поторопилась, - говорит муж, - мы не опоздали бы к поезду.- Если бы ты не торопился так, - отвечает жена, - нам не пришлось бы стольдолго ждать следующий поезд.
"Выходя замуж, - писала одна из девушек, - я не собираюсь повторятьошибку моей мамы. Они с отцом совершенно не подходят друг к другу. Непонимаю, что их объединяет. Может быть, любовь?"
Из анкет, опубликованных журналом "Нью сосайетч".
Незамужняя девушка жадно спрашивает у подруги, вернувшейся из свадебнойпоездки:
- Расскажи о своей первой ночи! - Ладно, слушай. Так вот, на третьюночь... - Да нет, я о первой! - Я и говорю: а на третью ночь... - Да нет, яо первой! - Да будешь ты наконец слушать или нет? Я и говорю: а на третьюночь он отпустил меня пописать...
Сегодня ночью произошло то, о чем я не только ни разу ни от кого неслыхал, но даже и не читал ни в одном из пособий, которых немало перелисталя сам и которых много исподволь подсовывала мне мудрая Нина Терентьевна. Иименно этот сегодняшний факт, в который раньше я никогда сам не поверил бы,побуждает меня обнародовать нелегкую, но в общем-то обычную историю своейжизни: чтобы поддержать приунывших мужиков, которые смирились с тем, чтосилы их пошли под горку. Короче говоря: сегодня ночью эрекция у меня, тоесть крутое напряжение члена, длилась непрерывно четыре часа. В одиннадцатьвечера мы легли и на сон грядущий славно наигрались. В конце концов черезчас она устала и сладко уснула на спине, а я в положении наперекрест сбоку сее благословления ("Может, ты сам потешишься?") еще достаточно долгонаслаждался ее прекрасным телом, пока сам не устал и не заснул прямо в ней.В провальном этом сне наши отношения все-таки продолжались: то Настя изглубины забвения легкими нежными пожатиями внутренних мышц посылала сигнал:"Я с тобой", то я в полном провале сознания изредка все же подкачивал ее. Итолько когда затекло до бесчувствия правое бедро, на котором я лежал, яочнулся и, поворачиваясь на другой бок, извлек из лона супруги свой член,все столь же напряженный, возбужденный до железного звона.
Я глянул на будильник: было три часа ночи. Прошло четыре часа! Онаповернулась вослед, прижалась на мгновение грудью к моей спине, как быпослав привет, и продолжала каменно спать, а я, скажу прямо, заснул послеэтого открытия очень даже не сразу...
Как же "дошел я до жизни такой"?
Кто я вообще таков?
Родился пятьдесят четыре года тому назад в Ленинграде на Васильевском,там же окончил десятилетку, там же по суровому конкурсу поступил в Горныйинститут, откуда уже через год, со второго курса был призван в армию. Такполучилось, что прямо из линейной части вскоре отправили меня учиться наВысшие курсы военных картографов, по окончании которых выпустили в светлейтенантом со всеми возможными и невозможными секретными допусками иприпусками. Служить ввиду острой нехватки кадров моей специализации оставилипри Ленинградском военном округе, где я (не считая дальних и ближнихкомандировок) и протрубил без малого тридцать лет. Сколько, где и каких картя составил и под какими открытыми и закрытыми грифами их издал - одномуВсевышнему известно. И думалось мне, что эта колея будет длиться до концадней моих: полное армейское обеспечение, возможность на казенных коштах незаботиться о "прикиде", и что всегда будет выше головы работы - интересной,срочной, крайне необходимой для могущества моей великой державы.
За труды мои шли мне поощрения, зарплата, медали и даже три боевыхордена. Шли также очередные и внеочередные звания.
И вдруг - не буду говорить, хорошо это для всемирного человечества илиплохо, потому что не моему уму-разуму понять этот вопрос - началасьперестройка, а за ней - массовая демобилизация офицеров, а за ней конверсияи полное отсутствие заказов у моего -ведомства: капут! Опять-таки, не станураспространяться насчет глупости или целесообразности массового разгромаквалифицированнейших, даже уникальных кадров - от моего изложения ничего неизменится. Выдали мне три оклада на обустройство и - живи ЕгорийПобедоносец, как знаешь-можешь: дальнейшее обеспечение - дело твоейсобственной поворотливости. То есть после полной беззаботности испытал япереход к полной безработности. А жизнь-то уже, как я полагал, двинулась сгорки, с ярмарки, к пенсии.
Теперь насчет других пунктов анкеты: еще в старших классах школысошлись мы с моей однокласницей Томилой. Яркая была девушка, инициативная,везде хотела быть первой. Одним словом: "И жить торопится, и чувствоватьспешит" - это было про нее сказано. Весьма неумело опробывали мы друг другапосле бешеных ласк - семнадцати лет отроду. В институт поступили вместе, этоеще больше сблизило нас, и когда взяли меня в армию, ни для кого не былосекретом, что мы жених и невеста. Свадьбу сыграли, когда я кончал своиКурсы, а в двадцать два года отроду она уже принесла мне сына-первенца, истали мы жить-поживать вчетвером в небольшой комнатке. Почему вчетвером? Дапотому, что решили ни в коем случае окончания ею института не откладывать ивзяли к себе молодую няньку-девчонку. Комната была петровской постройки,пять метров высоты, соорудили над входом второй этаж на высоте трех метров -собственно говоря, нары. Там Зинка и спала над нами. Ясно, что надо былоподрабатывать, и начальство разрешило мне вечерами работать у нас же в частитренером по дзюдо, а потом и карате и рукопашного боя, так как отмечались уменя немалые успехи в этих делах. Да заодно пришлось еще вечерние курсы